Зоя космодемьянская плен. Бессмертный подвиг зои космодемьянской

Людям, родившимся после войны, даже трудно себе представить, что значило имя Зои Космодемьянской в годы военного лихолетья. Я помню, как отец принес с работы газету и стал читать нам вслух очерк Петра Лидова о погибшей партизанке. На строчках: "Ночью ее водили босой по снегу", голос его дрогнул, и отец, суровый по характеру человек, вдруг заплакал. Меня, школьницу, тогда это поразило. Я никогда не видела отца плачущим. "За Зою!" писали летчики на бортах самолетов. "За Зою!" - с этим именем на броне шли в бой танкисты.

В начале 90-х годов прошлого века во многих изданиях стали появляться статьи, авторы которых пытались опорочить имя Зои Космодемьянской и ее подвиг. Чего там только не было! Припомнили, что Зоя после перенесенного менингита лечилась в санатории, где были пациенты с нервными заболеваниями. И был готов злопыхательский вывод: может быть, Зоя была невменяемой? Подлость такого предположения авторов не смущала. Потом и вовсе стали писать о том, что не было Зои в Петрищево. Там, якобы, немцы схватили какую-то другую партизанку.

Я была возмущена этими нападками на погибшую юную героиню. Припомнились мне и отцовские слезы. И я, будучи уже корреспондентом "Комсомольской правды", пишущим о войне, решила попытаться найти однополчан Зои Космодемьянской - не одна же она пришла из Москвы в деревню Петрищево Рузского района Московской области. Найти такие адреса мне помогли следопыты московской школы № 1272, куда меня до этого почти каждый год приглашали на встречи с партизанами. Четверых однополчан Зои Космодемьянской я пригласила в редакцию "Комсомолки" и записала их воспоминания.

"31-го октября 1941 года рано утром мы собирались около кинотеатра "Колизей" (ныне в этом здании - театр "Современник"), - рассказывала Клавдия Александровна Милорадова. - Все с рюкзаками за спиной, в зимних пальто или стеганых телогрейках. Как мы уходили на войну? Как и другие мои однополчане, сначала я получила путевку в райкоме комсомола. Я не шла, а летела от счастья по опустевшим улицам, перегороженным металлическими "ежами". В Московском горкоме комсомола, где собрались десятки парней и девушек с такими же путевками, нас по одному приглашали на собеседование. Здесь спрашивали нас - готовы ли мы стать бойцами особой войсковой части, которая будет действовать в тылу врага?

Нам говорили о трудностях, которые нас ожидают в лесах за линией фронта. Но мы твердили одно: "Хотим воевать!". Я не видела, чтобы кто-нибудь отказался идти в тыл врага.

Вскоре к кинотеатру "Колизей" подошли грузовые машины. Смеясь и помогая друг другу, мы залезли в кузовы, сели на деревянные лавки, которые качались по ходу.

В те дни вокзалы были забиты. Жители стремились уехать из Москвы, подальше от фронта. А мы искренне радовались, что нам дадут боевое задание, и мы будем защищать свою Москву. Такие мы были в те дни.

Машины остановились в районе Кунцево, на Можайском шоссе, около одноэтажных домиков. В штабе добровольцы узнали, что зачислены в войсковую часть 9903. Это было особое подразделение при штабе Западного фронта, оно получило задание вести разведку в тылу врага, резать провода связи, поджигать дома, в которых расположились немцы. Многих хозяев фашисты выгоняли в сараи и летние кухни.

Вблизи Можайского шоссе, это тогда была окраина Москвы, нас учили стрелять, бросать гранаты, ставить мины, ползать по-пластунски. Знаете, когда я впервые обратила внимание на Зою Космодемьянскую? Мы, девушки, став бойцами, старались подражать парням - в походке, манере общения, даже курить стали. А вот Зоя отличалась, на каждом шагу у нее было: "Простите, извините!".

В ней чувствовалась учительская порода. Поневоле, глядя на нее, я думала: как она воевать будет? Слишком она хрупкая, деликатная. У нее было нежное, одухотворенное лицо.

Впоследствии, по моему мнению, ни один портрет не передавал особенную нежность ее взгляда. И еще Зоя нас удивила. По вечерам в красном уголке мы заводили патефон и, стуча сапогами, весело отплясывали. Звучала русская плясовая, а также мелодии танго и фокстротов. Зоя на танцы не ходила. Как-то я вошла в ее комнату. Она что-то писала в блокноте. "Зоя! Почему ты отделилась от нас? Не идешь на танцы?". Зоя с возмущением посмотрела на меня: "Как вы можете веселиться и даже плясать в такое время?". До наших домиков доносилась канонада. Война близко подошла к Москве".

Такой у Зои был характер. Твердость убеждений порой оборачивалась прямолинейностью. Позже мы узнаем, как она собиралась жить. В записных книжках, которые разбирала ее мама Любовь Тимофеевна, остались выписки из произведений любимых писателей, определивших, судя по этим коротким записям, ее моральные ценности, ее духовный облик. "В человеке все должно быть прекрасно...", записывала Зоя слова А.П. Чехова. "Человек - это великолепно! Это звучит гордо!..", - появляются в тетради строки из пьесы А.М. Горького.

Она мечтала поступить в Литературный институт. Стать писателем. Светлые идеалы, которые формировали характер мечтательной, романтической девушки, ей придется защищать ценой жизни.

"Трудно это сейчас объяснить и понять - какие мы испытывали чувства, когда узнавали, что нам предстоит идти на задание, - говорила А.Ф. Воронина. - Мы искренне радовались, что нам доверяют внести свой - хоть и малый вклад в оборону Москвы. Самым большим наказанием было для нас отстранение от боевого задания. Такой была наша молодость. Невозможно поверить в свою смерть в 18 лет".

Ветераны запомнили, как Зоя вернулась с первого задания. Вместе с группой бойцов она ставила противотанковые мины на Волоколамском шоссе. На этом направлении шли к Москве немецкие танки. Наступили холода. Мела метель. Зоя Космодемьянская вернулась с задания с простудой. Ее лихорадило. Шарфом перевязала ухо. Но ходила за командиром нашей части Артуром Спрогисом и просила его - не отстранять от боевой работы. Наравне со всеми она каждый день выходила на тренировки. Зое и в самом деле становилось лучше. Ее осмотрели медики отряда. Температуры больше не было. Зоя готовилась вновь идти на боевое задание. Но что почувствовала ее чуткая душа в тот момент? На последней странице блокнота она записала строки из Шекспира: "Прощай, прощай и помни обо мне". Этот блокнот, оставшийся под подушкой, нашли после ее гибели.

В последний раз Зоя вместе с группой бойцов уезжала с базы отряда 19 ноября 1941 года. Был ясный, солнечный день. Зоя была оживленной, улыбчивой. Такой она запомнилась однополчанам. Жить ей оставалось 10 дней... В вечерних сумерках две группы - всего 20 человек - по шаткому мосту перешли реку Нару. Через передний край их провели опытные разведчики. Какая роль отводилась этой небольшой группе, уходящей за линию фронта? Всего через несколько дней под Москвой начнется контрнаступление наших войск. И каждое сообщение о расположении вражеских боевых частей сейчас особенно было важно. Бойцы несли с собой гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Они получили задание - сжигать дома, где находились узлы связи или замечены скопления вражеских солдат. Бойцы шли по лесам по колено, а то и по пояс в снегу. Резали провода связи, наблюдали за дорогами, по которым двигались танки и пехота противника.

"Зоя была чутким человеком, - рассказывала К.А. Милорадова. - Однажды ее доброта меня тронула до слез. Была моя очередь идти в разведку - я поползла к шоссейной дороге. Лежала в снегу, замерзла, конечно. Когда вернулась к своим, Зоя разгребла угли костра, они еще были горячими, накрыла их хвоей и сказала: "Садись сюда, здесь теплее. Согрела для меня кружку воды. Когда пить хотелось, мы сосульки с веток отгрызали, снег сосали".

Командиры группы были неопытные. И хотя бойцы, казалось, тайком пробивались в густом лесу, около деревни Головкино нарвались на засаду.

Бойцы, шедшие гуськом, вышли на поляну. Как оказалось, здесь немцы выставили пулеметы. Раздалась пулеметная очередь. Бойцы обеих групп от неожиданности бросились врассыпную. Около командира Бориса Крайнова собралось всего 12 человек. Он повел их дальше, вглубь леса. На карте, которую получил Крайнов перед выходом на задание, была обозначена и деревня Петрищево. 27 ноября 1941 года к этой деревне отправились трое. Это были сам командир, Зоя Космодемьянская и боец Василий Клубков. Они разошлись по разным концам деревни Петрищево. Командир наметил место сбора. Все трое должны были встретиться около приметной высокой сосны, на которой сделали зарубки.

Над деревней взметнулось пламя. Это Борис Крайнов поджег один из домов, к которому тянулись провода. Он вернулся на место назначенной встречи и стал ждать возвращения Зои и Клубкова. В это время Зоя увидела один из домов, за освещенными окнами которого мелькали немецкие мундиры. К дому примыкал сарай, и Зоя осторожно подошла к нему, надеясь, что пожар в сарае перекинется и на дом, занятый немцами. Она достала бутылку с зажигательной смесью. Но тут ее схватили за плечи чьи-то крепкие руки. Мужчина в овчинном тулупе звал немцев. Как потом оказалось, ее задержал крестьянин С.А. Свиридов. Немцы наградили его - налив стакан водки.

Зою привели в избу, и начался допрос: "Откуда она? Кто с ней был? Где укрываются остальные?". На все вопросы Зоя твердо отвечала: "Не знаю! Не скажу!". Она скрыла свою фамилию и имя. Сказала, что ее зовут - Таня.

А вот документы 1942 года. В Петрищево приехали работники Московского горкома и обкома комсомола. Они записали рассказы жителей о судьбе Зои Космодемьянской. "В дом гр. Седовой М.И. немецкие патрули привели партизанку со связанными руками примерно в 7 часов вечера. Во время обыска в комнате находились еще 15-20 немцев. Они все время над ней смеялись и кричали: "Партизан! Партизан!" Потом немцы перевели ее в дом гр. Ворониной А.П. Офицер стал спрашивать партизанку по-русски: "Ты откуда?". Она ответила: "Из Саратова". "Куда ты шла?". Ответ: "На Калугу". "С кем ты была?". Ответ: "Нас было двое, подругу немцы задержали в лесу".

Держала она себя мужественно, гордо, отвечала на вопросы резко.

Ее раздели, положили на лавку и стали пороть резиновыми палками. Но она по-прежнему молчала. "После порки в 10 часов вечера из дома гр. Ворониной ее босою, со связанными руками, в одной нижней рубашке по снегу повели в дом гр. Кулик В.А. Девушку посадили на скамейку. Губы у нее были черные, запекшиеся, лицо вздутое, лоб разбит. Она попросила пить. Вместо воды один из немцев поднес ей под подбородок горящую керосиновую лампу".

Но прежде чем взойти на эшафот, Зое пришлось пережить еще одно потрясение. Ее привели в избу, где среди немцев находился боец Василий Клубков, который вместе с ней пришел в Петрищево. Только что под пытками Зоя отказалась назвать свое имя. А тут перед ней сидел ее товарищ и, угодливо заглядывая в глаза немецкому офицеру, не только назвал ее фамилию, но также рассказал об их воинской части, где она находится, и о том, кто пришел в Петрищево.

Эту историю знали однополчане Зои, но до начала 90-х годов предательство Клубкова не предавали огласке. Очевидно, руководители особой воинской части не хотели, чтобы на нее упала какая-либо тень.

Клавдия Александровна Милорадова рассказывала мне: "Это произошло через три месяца после гибели Зои. Один из наших бойцов, назовем его Петр, случайно встретил Клубкова в Кунцево, вблизи нашей партизанской базы. Они разговорились, и Петр пригласил Клубкова к себе домой. Они говорили всю ночь. Петра поразило, что Клубков ничего не знал о Зое Космодемьянской. Хотя очерк Лидова о ее подвиге напечатали во многих газетах, читали его по радио. Клубков не интересовался судьбой Зои, хотя они пошли на задание в одну деревню. Его поведение показалось странным приютившему его однополчанину. На другой день они вместе пошли в свою воинскую часть 9903.

На вопросы командира части Клубков давал путаные ответы, не мог объяснить, где он находился за линией фронта. В результате, был арестован. 60 лет его показания хранились под грифом "Секретно".

Вот что рассказал Василий Клубков: "Подойдя к одному из домов, я достал бутылку "КВ", но тут увидел двух немцев. Испугался и побежал к лесу. Немцы меня догнали, повалили, отобрали оружие и вещевой мешок. Меня привели в какую-то избу. Немецкий офицер наставил на меня пистолет и сказал, что убьет меня, если я не скажу правду. Я испугался и сказал, что нас в Петрищево пришло трое. Назвал фамилии командира Крайнова и Зои Космодемьянской. Офицер отдал команду. И вскоре солдаты привели Зою Космодемьянскую. Посмотрев на меня, она сказала, что не знает меня. Но я, помня угрозу офицера, назвал ее имя. Офицер ударил Зою. Но она ответила: "Убейте меня, но я вам ничего не скажу". Больше я ее не видел".

Офицер сказал мне: "Теперь ты будешь работать в пользу немецкой разведки. Ты изменил своей родине и там тебя ожидает суровая кара. А мы тебя подучим и отправим в тыл советских войск". Я согласился".

Клубков прошел краткосрочное обучение в немецкой разведшколе. Ему было приказано - вернуться в свою войсковую часть 9903 в районе Кунцево. Попытаться узнать - какие новые операции готовятся здесь, перейти линию фронта и по паролю сообщить об этом немецкой разведке... Клубков был арестован, осужден и расстрелян в апреле 1942 года.

Зоя не только перенесла пытки, но еще и была предана своим однополчанином. Напрасно этот факт скрывали. История Зои становится от того еще более трагической. А характер героини, которая несломленной пошла к эшафоту, обретает поистине эпические черты.

Известный социолог С.Г. Кара-Мурза написал о Зое Космодемьянской: "Народное сознание именно ее выбрало и включило в пантеон святых мучеников. И ее образ, отделившийся от реальной биографии, стал служить одной из опор самосознания нашего народа".

Впереди была еще вся война. Зою стали называть русской Жанной д"Арк. Она не водила войска в бой. Но ее духовная мощь и самоотверженность помогали собраться с силами уставшим, подняться для смертельного броска на вражеский огонь, остаться на третью смену в промозглом цехе, чтобы выпустить для фронта больше оружия. Зою вспоминали и в танках перед боем, и на военных аэродромах.

Я помню как в наш сталинградский подвал, где укрывались женщины с нами, детьми, зашел лейтенант. Его бойцы, замерзшие, усталые, спали вповалку на бетонном полу. Он сел вместе с нами около самодельного светильника, сделанного из гильзы, и достал из нагрудного кармана фотографию Зои Космодемьянской. "Будем мстить за Зою!" - сказал он, поглаживая снимок ладонью. Я не знала его имени и части, в которой он служил. В той обстановке об этом не принято было спрашивать. Одно он сказал - они пришли с Дона. Я представила наши бескрайние, заснеженные степи, где ветер сбивал с ног. В моем представлении - все они были героями.

Но лейтенант вспоминал о Зое. Меня поразило и выражение его лица, и интонация его голоса: "Кому-то из нас она могла стать невестой", - сказал он, не отрывая ладони от снимка.

Ее светлый дух залетел и в наш душный подвал, стены которого сотрясались от взрывов.

После освобождения деревни Петрищево в эти места приехала Любовь Тимофеевна, мать Зои Космодемьянской, вместе с ее подругой Клавдией Милорадовой и другими однополчанами, а также эксперты и работники Московского горкома комсомола. Они записали рассказы жителей, которые видели казнь Зои, помнили ее последние слова. Подойдя к виселице, Зоя поднялась на ящики. Одна из жительниц ударила ее палкой по ногам. Немецкий солдат стал фотографировать Зою. Она крикнула немцам: "Пока не поздно, сдавайтесь в плен. Вы сейчас меня повесите. Но всех не перевешаете! Нас 170 миллионов! Победа будет за нами! За меня наши товарищи вам отомстят!". На эшафоте она грозила немцам. Зоя хотела еще что-то сказать, но палач выбил ящик из-под ее ног.

Имя Зои стало символом стойкости. Она была первой женщиной в годы войны, ставшей Героем Советского Союза.

Одним нашим бойцам и офицерам она была по возрасту невестой, другим - сестрой или дочерью. В каждом доме было свое военное горе. Но Зою помнили и почитали все. Мой дядя, священник хуторской церкви в Ростовской области, поминал ее в своих молитвах.

Петр Лидов в своем очерке написал: "Подвиг Тани (так назвала себя Зоя) и все связанное с ним, - это целая эпопея, которая еще не раскрыта полностью". Журналист не дожил до Победы. Он погиб в бою под Полтавой. Но его слово "эпопея" в очерке оказалось пророческим. Именем Космодемьянской называли поселки и улицы, школы и теплоходы, детские пансионаты и библиотеки.

Судьба Зои, юной, прекрасной, романтичной, принявшей мученическую смерть, была как удар молнии, который высветил всю звериную сущность фашизма, его страшные черты. Ее светлый образ - воинское знамя, которое развевалось впереди полков Красной армии.

5 декабря 1941 года началось контрнаступление советских войск под Москвой. Немецкий вермахт потерпел первое крупное поражение в ходе Второй Мировой войны.

Живи и помни

Вместе с освобождением городов и поселков открывалась и страшная правда о том, что творили гитлеровцы на оккупированных территориях. В руках советских следователей оказались первые неопровержимые доказательства военных преступлений, которые совершались не только представителями нацистских спецслужб, но и солдатами и офицерами вермахта.

"Невинные жертвы", как пытаются именовать их сегодня отдельные представители Германии, а также ряд деятелей в России, оставили после себя страшную память.

Память, которую сегодня пытаются стереть, мотивируя это сроком давности и тем, что "новым поколениям это уже непонятно".

Но новые поколения не имеют права не помнить, какой ценой было добыто их право на жизнь и с каким врагом столкнулись их прадеды.

Расправа в деревне Петрищево

29 ноября 1941 года в подмосковной деревне Петрищево была казнена девушка, задержанная накануне при попытке поджечь сарай. Задержанная заявила, что ее зовут Таня и ранее она подожгла немецкую конюшню с лошадьми, а также дома, где размещались гитлеровские военнослужащие.

Более никакой информации от девушки немцам получить не удалось. Немецкие офицеры, раздраженные ее упорством, приказали раздеть "Таню" догола и пороть ремнями. По рассказам свидетелей, девушке нанесли не менее 200 ударов. Затем около четырех часов ее водили в одном белье по морозу, в результате чего она получила обморожение ног.

Около половины одиннадцатого утра "Таню" вывели на улицу, повесив на грудь табличку "Поджигатель домов". Вели девушку два солдата, придерживавшие ее - после пыток сама она с трудом держалась на ногах.

На казнь согнали жителей деревни. Немцы снимали происходящее на фотоаппарат. Перед казнью девушка говорила:

- Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать воевать! Эта моя смерть - это моё достижение!

Немцы попытались заставить ее молчать, но она вновь заговорила:

- Товарищи, победа будет за нами. Немецкие солдаты, пока не поздно, сдавайтесь в плен! Советский Союз непобедим и не будет побеждён!

"Таня" сама поднялась на ящик, после чего на нее накинули петлю. В этот момент она снова крикнула:

- Сколько нас ни вешайте, всех не перевешаете, нас 170 миллионов. Но за меня вам наши товарищи отомстят!

Немец выбил из-под ее ног ящик.

"Ее вешали, а она все грозила им..."

Труп казненной провисел еще почти месяц - гитлеровцы запрещали местным жителям ее хоронить. Пьяные солдаты издевались над телом - кололи ножами, отрезали грудь.

Наконец, было разрешено похоронить "Таню".

В январе 1942 года, в ходе контрнаступления советских войск деревня Петрищево была освобождена. Но о том, что произошло в конце ноября, стало известно почти случайно.

Во время боев за Можайск группа военных корреспондентов ночевала в уцелевшей от пожара избе деревни Пушкино. Корреспондент "Правды" Петр Лидов разговорился с пожилым крестьянином, возвращавшимся в родные места, в район Вереи.

Во время оккупации старик оказался в Петрищеве и стал свидетелем казни девушки. "Ее вешали, а она речь говорила. Ее вешали, а она все грозила им...", - рассказывал крестьянин.

29.11.1941 немцами замучена и казнена Зоя Космодемьянская. Выполняя боевое задание "сжечь 10 населённых пунктов (приказ Сталина № 428 от 17.11.1941 г.)", была поймана местными жителями при поджоге 3-х жилых домов в деревне Петрищево. pic.twitter.com/TWUesldF1t

- Война в Истории (@VojnavIstorii) 29 ноября 2017 г.

"Таней" была Зоя Космодемьянская

Петра Лидова эта история потрясла. Он отправился в Петрищево, в котором ему пришлось побывать несколько раз, прежде чем стали ясны примерные обстоятельства гибели девушки.

27 января 1942 года в газете "Правда" появился очерк "Таня". Мужество юной героини и жесткость гитлеровцев потрясли читателей. Началось расследование событий, произошедших в Петрищево. В ходе расследования было установлено настоящее имя девушки - Зоя Космодемьянская . 18 февраля 1942 года Петр Лидов рассказал новые подробности истории в очерке "Кто была Таня".

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 февраля 1942 года за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецкими фашистами, Космодемьянской Зое Анатольевне присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).

История Зои Космодемьянской стала одним из первых документально подтвержденных случаев преступления, совершенного солдатами и офицерами вермахта, о котором стало широко известно.

Советские воины писали на снарядах, минах и бомбах "За Зою!". Бойцы хотели отомстить палачам девушки.

Палачи из 332-го полка

Советской разведкой было установлено, что в деревне Петрищево размещались подразделения 332-го пехотного полка 197-й пехотной дивизии. Командовал полком подполковник Людвиг Рюдерер . По одной из версий, Рюдерер лично участвовал в допросах Зои и отдавал приказы о пытках. Данная информация, однако, не имеет подтверждения. Но достоверно установлено, что пытали и вешали Зою Космодемьянскую солдаты и офицеры 332-го пехотного полка.

Легенда гласит, что Иосиф Сталин , ознакомившись с материалами дела о гибели Зои Космодемьянской, отдал специальный приказ - солдат и офицеров 197-й дивизии, в которую входил 332-й пехотный полк, в плен не брать.

Был ли такой приказ или нет, но за палачами Зои Космодемьянской действительно развернулась настоящая охота. Как только разведка сообщала, что перед советскими позициями развернуты части дивизии, на руках солдат которой кровь Зои, удары по гитлеровцам наносились с особым ожесточением.

Находка под Смоленском и конец 197-й дивизии

Осенью 1943 года в боях под Смоленском 197-я пехотная дивизия вермахта была разгромлена.

Военный корреспондент газеты "Вперед на врага!" майор Долин писал 3 октября 1943 года о судьбе 332-го полка: "В боях под селом Вердино немецкий полк палачей нашей Зои был окончательно разгромлен. Сотни гитлеровских трупов остались в развороченных дзотах и траншеях. Когда у пленного унтер-офицера полка спросили, что он знает о казни юной партизанки, тот, дрожа от страха, залепетал:

- Это сделал не я, это Рюдерер, Рюдерер...

Захваченный на днях другой солдат на допросе заявил, что в 332-м полку от тех, кто был под Москвой, участвовал в казни Зои Космодемьянской, уцелело лишь несколько человек... ".

Там же, под Смоленском, было найдено ранее неизвестное свидетельство расправы над Зоей. В районе деревни Потапово при осмотре трупа убитого немецкого офицера были обнаружены пять фотографий. На них во всех подробностях была запечатлена казнь девушки.

Разбитая под Смоленском дивизия была переформирована гитлеровцами, но просуществовала недолго. Окончательно 197-я дивизия и ее 332-й пехотный полк были разгромлены летом 1944 года в ходе операции "Багратион".

Дело генерала Бёге

Полковнику Людвигу Рюдереру повезло больше. Он не только дожил до конца войны, но и оказался в плену у американцев. Известно, что он дожил до 1960 года.

В мае 1945 года в Курляндском "котле" был взят в плен командующий 18-й немецкой армией генерал Эренфрид Бёге . Было установлено, что в 1942 году он командовал 197-й пехотной дивизией вермахта.

Вот официальный документ, связанный с делом Бёге:

Оперативным отделом УПВИ МВД по Московской области ведется следствие по делу организатора массовых зверств и злодеяний военнопленного генерала Бёге Эренфрида, который с февраля 1942 г. до февраля 1943 г. командовал 197-й пехотной немецкой дивизией.

В процессе следствия установлено, что личным составом 332-го пехотного полка этой дивизии в декабре 1941 г. в с. Петрищево Верейского района Московской обл. была зверски замучена и повешена комсомолка-партизанка Зоя Космодемьянская.

В соответствии с тем, что зверскую расправу над Зоей Космодемьянской произвел личный состав 332-го полка 197-й пехотной немецкой дивизии, прошу:

1. Дать задание выявить официальным и агентурным путем лиц, находившихся в 1941 г. в составе 332-го полка в районе г. Вереи Московской обл.

2. Допросить таких лиц и взять их в активную агентурно-следственную разработку с целью установления, что им известно о повешении Зои Космодемьянской и кто являлся организатором и исполнителем этой зверской расправы.

Не исключаю, что среди военнопленных из состава этого полка находятся разыскиваемые нами преступники.

О результатах Ваших мероприятий прошу незамедлительно информировать Оперуправление ГУПВИ МВД СССР.

Заместитель начальника ГУПВИ МВД СССР

генерал-лейтенант А.Кобулов "

Однако на момент казни Зои Космодемьянской Бёге не командовал 197-й дивизией. Он вступил в должность 1 апреля 1942 года. Это факт, очевидно, и спас генерала от расстрела.

12 января 1949 года военным трибуналом войск МВД Московской области Бёге был приговорен к 25 годам заключения на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года № 39 "О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников".

Отсидел генерал из своего срока шесть лет. 6 октября 1955 года он был передан властям ФРГ, где и умер в 1965 году. Никаких комментариев об истории, случившейся в деревне Петрищево, он не давал, и проходил ярость при одном упоминании об этой теме.

Генерал-лейтенант Герман Майер-Рабинген , командовавший 197-й пехотной дивизией во время битвы под Москвой, весной 1942 года был отозван с Восточного фронта и в дальнейшем командовал резервными частями, задействованными, в частности, в оккупации Франции. В самом конце войны он попал в плен к западным союзникам, избежал ответственности за военные преступлениях, и умер в ФРГ в начале 1960-х годов.

"...Дорогая мама! Как ты сейчас живешь, как себя чувствуешь, не больна ли? Мама, если есть возможность, напиши хоть несколько строчек. Вернусь с задания, так приеду навестить домой.
Твоя Зоя"...

Согласно официальным документам, Зоя Анатольевна Космодемьянская родилась 13 сентября 1923 года в селе Осиновые Гаи Тамбовской области и погибла 29 ноября 1941 года в деревне Петрищево Верейского района Московской области. Дед Зои, Пётр Иоаннович Козьмодемьяновский, был священником. В ночь на 27 августа 1918 года он был схвачен большевиками и, отказавшись передать им лошадей, после жестоких истязаний был утоплен в пруду. Сын казнённого - Анатолий Петрович, отец Зои - вместе с супругой Любовью Тимофеевной работали в селе учителями. Когда Зое исполнилось 6 лет, в Осиновые Гаи пришла коллективизация. Анатолий Петрович выступил на одном из собраний с критикой предлагаемых новых порядков, и вскоре семья сельских интеллигентов вместе с "кулаками" была переселена из чернозёмной Тамбовщины в далёкую деревушку Шиткино под Иркутском. У сосланных оставалась московская родня. Старшая сестра Любови Тимофеевны, Ольга, трудилась в аппарате Наркомпроса, где замом наркома работала сама Н. К. Крупская. После очередной мольбы своей сотрудницы вдова Ленина вызволила семью Зои из Сибири и помогла прописать её в Москве. Из ссылки Козьмодемьяновские возвратились Космодемьянскими. В 201-й столичной школе Зоя училась хорошо. Она увлекалась историей, любила читать и мечтала поступить в Литературный институт.

В 1938 году девушка стала членом ВЛКСМ, ее избрали комсомольским группоргом, но потом не переутвердили. Непросто складывались и отношения в школьном коллективе. На этой почве у Зои развилась загадочная "нервная болезнь", о которой бывшие одноклассники потом писали так:

"Ей не нравилось непостоянство подруг: как иногда бывает, - сегодня девочка поделится своими секретами с одной подругой, завтра - с другой, эти поделятся с другими девочками и т. д. Зоя не любила этого и часто сидела одна. Но она переживала всё это, говорила, что она одинокий человек, что не может подобрать себе подругу".

В 1940 году Зоя перенесла острый менингит, после которого проходила реабилитацию в санатории по нервным болезням в Сокольниках, где подружилась с лежавшим там же писателем Аркадием Гайдаром. Через год началась война... Согласно документам, в октябре 1941 года, когда гитлеровцы яростно рвались к нашей столице, Космодемьянская закончила Центральную разведывательно-диверсионную школу и добровольно вступила в истребительный партизанский отряд. Свою последнюю задачу ее отряд выполнял в деревне Петрищево Верейского района Московской области - здесь Зоя и ее товарищи Борис Крайнев и Василий Клубков вели наблюдение за немцами и готовились к поджогу домов, в которых захватчики расположились на ночлег. Рассредоточившись по деревне, партизаны осуществили задуманное. Но напуганные неожиданной вылазкой диверсантов нацисты успели выбежать из горящих домов.

О дальнейшем развитии событий известно, что Крайнев не дождался Зои и Клубкова в условленном месте встречи и, уйдя, благополучно вернулся к своим. Клубков был схвачен немцами, а Зоя, разминувшись с товарищами и оставшись одна, решила вернуться в Петрищево и продолжить поджоги. Однако и немцы, и местные жители уже были настороже, причём фашисты выставили охрану из нескольких петрищевских мужчин. Зоя была замечена при попытке поджечь сарай пособника нацистов С. А.Свиридова - ее увидел сам хозяин постройки и вызвал нацистов, а за поимку партизанки Свиридов был награждён немцами бутылкой водки, а впоследствии, уже нашим судом, приговорён к расстрелу.

Начались допросы лазутчицы. Зоя не сказала гитлеровцам ничего определенного, скрыла свое настоящее имя и назвалась "Таней из Москвы". Фашисты раздели девушку, пороли ремнями, после чего приставленный к ней часовой на протяжении 4 часов водил её босой, в одном белье, на морозе по улице. К истязаниям Зои пытались присоединиться также местные жительницы Солина и Смирнова - обе они потом были приговорены к расстрелу. 29 ноября 1941 года Зою Космодемьянскую вывели на центральную деревенскую площадь, куда согнали местных жителей. Перед казнью д ля Зои нацисты соорудили виселицу, на плечо повесили ее сумку с горючей жидкостью, а на грудь - табличку, где крупно по-русски и мелко по-немецки было написано "Поджигатель домов" и начали фотографировать.

Перед расправой Космодемьянская крикнула:

"Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать воевать! Эта моя смерть - это моё достижение".

Немецкий офицер замахнулся, но Зоя продолжила:

"Товарищи, победа будет за нами. Немецкие солдаты, пока не поздно, сдавайтесь в плен. Советский Союз непобедим и не будет побеждён... Сколько нас ни вешайте, всех не перевешаете - нас 170 миллионов. За меня вам наши товарищи отомстят" , - сказала Космодемьянская уже с петлёй на шее.

Ее тело провисело около месяца, неоднократно подвергаясь надругательствам со стороны проходивших через деревню немецких солдат. Под Новый 1942 год пьяные немцы сорвали с повешенной одежду и в очередной раз надругались над телом, исколов его ножами. На следующий день немцы отдали распоряжение убрать виселицу, и Зоя была похоронена местными жителями за околицей деревни.

После войны Космодемьянская, посмертно удостоенная Звезды Героя Советского Союза, была торжественно перезахоронена на Новодевичьем кладбище в Москве. О судьбе Зои стало широко известно из статьи Петра Лидова "Таня", опубликованной в газете "Правда" 27 января 1942 года. Автор случайно услышал о казни в Петрищеве от свидетеля - пожилого крестьянина, которого потрясло мужество неизвестной девушки: "Её вешали, а она речь говорила. Её вешали, а она всё грозила им...". Лидов отправился в Петрищево, подробно расспросил жителей и на основе их расспросов опубликовал статью. Личность девушки была вскоре установлена - и о подвиге Зои Космодемьянской узнал весь СССР. Жизни, подвигу и гибели Зои Космодемьянской посвящены десятки журналистских расследований.

Свои изыскания вели и спецслужбы. Так, например, сотрудники Центрального архива ФСБ вместе с корреспондентами газеты "Известия" опубликовали в 2000 году ранее засекреченные документы из дела человека, предавшего легендарную разведчицу, - Василия Клубкова. Того самого, что в роковую ночь попал в плен к немцам. По версии "Известий", Клубков был обнаружен в конце февраля 42-го года. Как потом рассказывал "чудом спасшийся" бывший партизан, после того, как он в группе диверсантов выполнил задание за линией фронта, ему несколько раз приходилось бежать из немецкого плена и, наконец, удалось добраться до своих. За все это время он ничего о Космодемьянской не рассказывал и ее судьбой не интересовался. Клубкова арестовали, заподозрив в том, что именно он выдал свою группу, а потом был и вовсе был перевербован немецкой разведкой. Вскоре он во всем признался и был расстрелян.

Оказывается, еще 3 апреля 1942 года Военный трибунал Западного фронта приговорил виновника смерти Зои Космодемьянской - красноармейца войсковой части 9903 Клубкова Василия Андреевича, 1923 года рождения, к высшей мере наказания - расстрелу, без конфискации имущества за отсутствием такового, за преступление, предусмотренное ст. 58-1 п. "б" УК РСФСР (воинская измена Родине).

Впервые эта история была широко освещена 27 января 1942 года. В тот день в газете "Правда" появился очерк "Таня" корреспондента Петра Лидова. Вечером его передали по Всесоюзному радио. Речь шла о некой юной партизанке, которая во время выполнения боевого задания была поймана немцами. Девушка вынесла жестокие пытки гитлеровцев, но так ничего и не рассказала врагу и не предала своих товарищей.

Считается, что расследованием дела тогда занялась специально созданная комиссия, которая установила подлинное имя героини. Выяснилось, что

девушку на самом деле звали Зоя Космодемьянская, это была 18-летняя школьница из Москвы.

Тогда стало известно, что Зоя Анатольевна Космодемьянская родилась в 1923 году в селе Осино-Гай (иначе - Осиновые Гаи) Тамбовской области в семье учителей Анатолия и Любови Космодемьянских. У Зои также был младший брат Александр, которого близкие звали Шурой. Вскоре семье удалось переехать в Москву. В школе Зоя Космодемьянская училась прилежно, была скромным и трудолюбивым ребенком. Согласно воспоминаниям учительницы литературы и русского языка школы №201 в Москве, где училась Зоя, Веры Сергеевны Новоселовой, девочка училась на отлично.

"Девочка очень скромная, легко вспыхивающая от смущения, она находила сильные и смелые слова, когда дело касалось любимого ею предмета - литературы. Необыкновенно чуткая к художественной форме, она умела облекать и свою речь, устную и письменную, в яркую и выразительную форму", - вспоминала учительница.

Отправка на фронт

На фронт первым отправился брат Зои Шура. "Какая я хорошая, если осталась здесь? Ребята поехали, может быть, воевать, а я осталась дома. Да как же можно сейчас ничего не делать?!" - вспоминала слова своей дочери Любовь Космодемьянская в своей книге "Повесть о Зое и Шуре".

Воздушные налеты на Москву не прекращались. Тогда многие москвичи вступали в коммунистические рабочие батальоны, боевые дружины, отряды для борьбы с врагом. Так, в октябре 1941 года после беседы с одной из групп юношей и девушек, среди которых была и Зоя Космодемьянская, ребят зачислили в отряд. Зоя сообщила матери, что подала заявление в московский райком комсомола и что ее взяли на фронт, будут засылать в тыл врага.

Попросив ничего не сообщать брату, дочь в последний раз попрощалась с матерью.

Тогда отобрали около двух тысяч человек и отправили в войсковую часть №9903, которая находилась в Кунцево. Так Зоя Космодемьянская стала бойцом разведывательно-диверсионной части Западного фронта. Далее последовали учения, в ходе которых, как вспоминала однополчанка Зои Клавдия Милорадова, участники "ходили в лес, ставили мины, взрывали деревья, учились снимать часовых, пользоваться картой". В начале ноября Зое и ее товарищам дали первое задание - заминировать дороги в тылу противника, которое они успешно выполнили и без потерь вернулись в часть.

Операция

18 ноября (согласно другим сведениям - 20 ноября) командиры диверсионных групп части №9903 Павел Проворов и Борис Крайнов получили задание: по приказу т. Сталина от 17 ноября 1941 года "сжечь 10 населенных пунктов: Анашкино, Грибцово, Петрищево, Усадково, Ильятино, Грачево, Пушкино, Михайловское, Бугайлово, Коровино". На исполнение задания было отведено 5-7 дней. На задание группы уходили вместе.

В районе деревни Головково отряд наткнулся на немецкую засаду и произошла перестрелка. Группы рассеялись, часть отряда погибла. "Остатки диверсионных групп объединились в небольшой отряд под командованием Крайнова. В Петрищево, находившееся в 10 км от совхоза "Головково", они пошли втроем: Крайнов, Зоя Космодемьянская и Василий Клубков", - рассказывал в своей статье "Зоя Космодемьянская" кандидат исторических наук, заместитель директора Центра научного использования и публикации архивного фонда объединения "Мосгорархив" Михаил Горинов.

Однако до сих пор доподлинно не известно, удалось ли партизанке сжечь те самые дома, в которых могли быть в том числе радиостанции фашистов. В декабре 1966 года в журнале "Наука и жизнь" опубликован материал, в котором представлена докладная записка. Согласно тексту документа, Зоя Космодемьянская "в первых числах декабря ночью пришла в деревню Петрищево и подожгла три дома (дома граждан Кареловой, Солнцева, Смирнова), в которых жили немцы. Вместе с этими домами сгорело:

20 лошадей, один немец, много винтовок, автоматов и много телефонного кабеля. После поджога ей удалось уйти".

Считается, что после поджога трех домов Зоя не вернулась на условленное место. Вместо этого, переждав в лесу, на следующую ночь (согласно другой версии - через ночь) снова отправилась в деревню. Именно этот поступок, отмечает историк, ляжет в основу более поздней версии, согласно которой "она самовольно, без разрешения командира направилась в деревню Петрищево".

При этом "без разрешения", как указывает Михаил Горинов, она пошла туда только во второй раз, чтобы выполнить приказ сжечь деревню.

Тем не менее, согласно утверждениям многих историков, когда стемнело, Зоя действительно вернулась в деревню. Однако немцы уже были готовы встретить партизан: считается, что два немецких офицера, переводчик и староста собрали местных жителей, велев охранять дома и следить за появлением партизан, а в случае встречи с ними - немедленно докладывать.

Далее, как отмечают многие историки и участники расследования, Зою увидел Семен Свиридов, один из жителей деревни. Увидел он ее в тот момент, когда партизанка пыталась поджечь сарай его дома. Хозяин дома немедленно доложил об этом немцам. Позже станет известно, что, согласно протоколу допроса жителя деревни Семена Свиридова следователем УНКВД по Московской области от 28 мая 1942 года, "кроме угощения вином никакого другого вознаграждения от немцев" хозяин дома за поимку партизанки не получил.

Как вспоминала жительница села Валентина Седова (11 лет), при себе девушка имела сумку с отделениями для бутылок, которая висела через плечо. "В этой сумке нашли три бутылки, которые открыли, нюхали, затем положили их обратно в чехол. Затем нашли у нее под пиджаком на ремне наган", - рассказывала она.

На допросе девушка назвалась Таней и никаких нужных немцам сведений не выдала, за что была жестоко избита. Как вспоминала жительница Авдотья Воронина, девушку неоднократно пороли ремнями:

"Пороли ее четыре немца, четыре раза пороли ремнями, так как они вышли с ремнями в руках. Ее спрашивали и пороли, она молчит, ее опять пороли. В последнюю порку она вздохнула: "Ох, бросьте пороть, я больше ничего не знаю и больше ничего вам говорить не буду".

Как следует из показаний жителей деревни, которые брала комиссия московского комсомола 3 февраля 1942 года (вскоре после того, как Петрищево освободили от немцев), после допросов и пыток девушку выводили ночью на улицу без верхней одежды

и заставляли находиться длительное время на холоде.

"Посидев полчаса, они ее потащили на улицу. Минут двадцать таскали по улице босиком, потом опять привели.

Так, босиком ее выводили с десяти часов ночи до двух часов ночи - по улице, по снегу, босиком. Все это делал один немец, ему 19 лет",

- рассказывала жительница села Прасковья Кулик, которая следующим утром подошла к девушке и задала ей несколько вопросов:

"Откуда ты?" Ответ - московская. "Как тебя зовут?" - промолчала. "Где родители?" - промолчала. "Для чего тебя прислали?" - "Мне было задание сжечь деревню".

Допрос продолжился и на следующий день, и вновь девушка ничего не сказала. Позже станет известно и другое обстоятельство - Зою Космодемьянскую мучили не только немцы. В частности, жительницы Петрищево, у одной из которых партизанка ранее сожгла дом. Позже, когда 4 мая 1942 года Смирнова сама признается в содеянном, станет известно, что женщины пришли в дом, где тогда держали Зою. Согласно свидетельствам одной из жительниц деревни, хранящимся в Центральном государственном архиве города Москвы,

Смирнова "перед выходом из дома взяла стоящий на полу чугун с помоями и бросила его в Зою Космодемьянскую".

"Через некоторое время ко мне в дом пришло еще больше народу, с которыми вторично пришли Солина и Смирнова. Через толпу людей Солина Федосья и Смирнова Аграфена продрались к Зое Космодемьянской, и тут Смирнова стала ее избивать, оскорбляя всякими нехорошими словами. Солина, находясь вместе со Смирновой, взмахивала руками и со злобой кричала: "Бей! Бей ее!", оскорбляя при этом всякими нехорошими словами лежащую около печки партизанку Зою Космодемьянскую", - утверждается в тексте свидетельства жительницы деревни Прасковьи Кулик.

Позже Федосья Солина и Аграфена Смирнова были расстреляны.

"Военным трибуналом войск НКВД Московского округа было заведено уголовное дело. Расследование длилось несколько месяцев. 17 июня 1942 года Аграфена Смирнова, а 4 сентября 1942 года Федосья Солина были приговорены к высшей мере наказания. Сведения же об избиении ими Зои Космодемьянской были надолго засекречены", - рассказывал в своей статье Михаил Горинов. Также спустя некоторое время будет осужден и сам Семен Свиридов, сдавший партизанку немцам.

Опознание тела и версии событий

Позднее у одного из убитых в 1943 году немцев будут найдены пять фотографий, сделанных на казни Зои.

До сих пор доподлинно не известно, какими были последние слова партизанки. Тем не менее следует отметить, что после опубликованного очерка Петра Лидова история обрастала все более новыми подробностями, появлялись различные версии событий тех лет, в том числе благодаря советской пропаганде. Существует несколько различных вариантов последней речи знаменитой партизанки.

Согласно версии, изложенной в очерке корреспондента Петра Лидова, непосредственно перед смертью девушка произносила следующие слова: "Вы меня сейчас повесите, но я не одна, нас двести миллионов, всех не перевешаете. Вам отомстят за меня..." Русские люди, стоявшие на площади, плакали. Иные отвернулись, чтобы не видеть того, что должно сейчас произойти. Палач потянул веревку, и петля сдавила Танино горло. Но она обеими руками раздвинула петлю, приподнялась на носках и крикнула, напрягая силы:

"Прощайте, товарищи! Боритесь, не бойтесь! С нами Сталин! Сталин придет!.."

По воспоминаниям жителя деревни Василия Кулика, про Сталина девушка не говорила:

"Товарищи, победа будет за нами. Немецкие солдаты, пока не поздно, сдавайтесь в плен". Офицер злобно заорал: "Русь!" "Советский Союз непобедим и не будет побежден", - все это она говорила в момент, когда ее фотографировали. Фотографировали ее спереди, со стороны, где сумка, и сзади.

Вскоре после повешения девушку похоронили на окраине деревни. Позже, после того как район был освобожден от немцев, в ходе расследования также было проведено опознание найденного тела.

Согласно акту осмотра и опознания от 4 февраля 1942 года, "Граждане с. Петрищево <...> по предъявленным разведотделом штаба Западного фронта фотографиям опознали, что повешенной была комсомолка Космодемьянская З.А. Комиссия произвела раскопку могилы, где похоронена Космодемьянская Зоя Анатольевна. Осмотр трупа подтвердил показания вышеуказанных товарищей, еще раз подтвердил, что повешенной является т. Космодемьянская З.А.".

Согласно акту эксгумации трупа З.А. Космодемьянской от 12 февраля 1942 года, в числе опознавших - мать и брат Зои, а также однополчанка Клавдия Милорадова.

16 февраля 1942 года Космодемьянской посмертно присвоили звание Героя Советского Союза, а 7 мая 1942 года Зоя была перезахоронена на Новодевичьем кладбище в Москве.

С годами история не переставала обретать новые трактовки, в том числе появлялись различные "разоблачения" в конце 1980-х - начале 1990-х. Историки также стали предлагать новые версии не только событий тех лет, но и личности самой девушки. Так, согласно гипотезе одного из ученых, в деревне Петрищево фашисты схватили и пытали не Зою Космодемьянскую,

а другую партизанку, пропавшую во время войны, Лилю Азолину.

Гипотеза основывалась на воспоминаниях инвалида войны Галины Романович и материалах, собранных одной из корреспонденток "Московского комсомольца". Первая якобы еще в 1942 году увидела в "Комсомольской правде" фотографию Зои Космодемьянской и узнала в ней Лилю Азолину, с которой училась в Геолого-разведочном институте. Кроме того, в девушке узнали Лилю, по словам Романович, и другие ее однокурсники.

Согласно другой версии, в деревне на момент тех событий не было немцев: Зою якобы поймали жители деревни, когда та пыталась поджечь дома. Однако позже, в 1990-х, эта версия будет опровергнута благодаря самим пережившим драматические события жителям Петрищево, некоторые из которых дожили до начала 1990-х и смогли рассказать в одной из газет, что фашисты все-таки тогда находились в деревне.

После смерти Зои на протяжении всей своей жизни Любовь Космодемьянская, мать Зои, будет получать множество писем.

На протяжении всех военных лет, по словам Любови Тимофеевны, будут приходить послания "со всех фронтов, со всех концов страны". "И я поняла: дать горю сломить себя - значит оскорбить память Зои. Нельзя сдаться, упасть, нельзя умереть. Я не имею права на отчаяние. Надо жить", - писала Любовь Космодемьянская в своей повести.

Знайте Советские люди, что вы потомки воинов бесстрашных! Знайте, Советские люди, что кровь в вас течет великих героев, отдавших за Родину жизни, не помыслив о благах! Знайте и чтите Советские люди подвиги дедов, отцов!

Зоя Анатольевна Космодемьянская родилась 13 сентября 1923 года в селе Осиновые Гаи Тамбовской области. Совсем молоденькая девушка проявила высшую человеческую доблесть. Зоя отдала жизнь защищая Родину. Я преклоняюсь перед Зоей и память о ее подвиге будет вечна в наших сердцах.

29 ноября 1941 года , Зоя Космодемьянская была казнена гитлеровцами после жестоких пыток в селе Петрищево Московской области. А через несколько дней после этого, 5 декабря 1941 года , началась переломная в Великой Отечественной войне . Теперь вам понятно почему гитлеровцы так жестоко пытали Зою и что именно Зоя им не сказала ценой своей молодой жизни.

Имя Зои Космодемьянской известно каждому из учебников истории. Фотографии расправы над юной советской девушкой, сделанные в 1941 году, облетели весь мир. Казнь отважной партизанки фашисты старались снимать со всех ракурсов, ее речь перед смертью свидетели запомнили слово в слово, а о подвиге Зои сняли десятки фильмов.

В ноябре 1941 года, группа советских военнослужащих, среди которых были и сотрудники НКВД, в том числе юная Зоя Космодемьянская, выходит за линию фронта. Их задача - вести разведку живой силы и техники врага, уничтожать коммуникации гитлеровцев, уничтожать продовольственные запасы, находящиеся в тылу врага. В подмосковном Петрищево смелой разведчице удалось вывести из строя узел связи. Здесь комсомолку и схватили фашисты.

Девушку долго пытали. Но отважная партизанка, несмотря на страшную боль, не выдавала товарищей и не просила о пощаде.

Зоя Космодемьянская стала первой женщиной - Героем Советского Союза. В честь нее названы поселки, школы, корабли, воинские соединения, а также десятки улиц по всей стране и за ее пределами. Интерес к жизни и подвигу Космодемьянской не утихает до сих пор. Ежегодно в музей в Петрищево приезжают около 20 тысяч человек.

Сначала Зоя Космодемьянская была похоронена в Петрищево. В 1942 году урна с прахом перезахоронена в Москве на Новодевичьем кладбище. Был установлен памятник, который до наших дней не сохранился.

Мама Зои Любовь Тимофеевна на похоронах дочери. Апрель 1942 .

Материал из архива Bezdepik. Народные поверья, толкования и астрологические прогнозы приводятся как часть культуры и не являются научно доказанными. По вопросам здоровья, права и финансов обращайтесь к специалистам.