Корней чуковский - биография, информация, личная жизнь. День рождения корнея чуковского Детские стихи и сказки

Кажется, ничего нового о нашем любимом с детства классике рассказать уже нельзя. Но мы все-таки решили обратиться к Павлу Михайловичу Крючкову - редактору отдела поэзии журнала "Новый мир" и научному сотруднику Дома-музея Чуковского в Переделкине. Павла (в его 45 лет) можно назвать "одним из старейших" сотрудников этого самого детского в стране музея, ведь первую экскурсию он провел здесь четверть века назад! Итак, слово - Павлу Крючкову. Чуковского взрослые знают плохо. Особенно как историка литературы, переводчика, мемуариста, критика. Мало кто слышал его "взрослые" стихи. К примеру, вот эти, написанные в 1946 году:

Никогда я не знал,
что так весело быть стариком.
С каждым днем мои мысли
светлей и светлей.
Возле милого Пушкина,
здесь на осеннем Тверском,
Я с прощальною жадностью
долго смотрю на детей.
И, усталого, старого,
тешит меня
Вековечная их беготня и возня.
Да к чему бы и жить нам
На этой планете,
В круговороте
кровавых столетий,
Когда б не они, не вот эти
Глазастые, звонкие дети...

Корней Иванович был неутомимым радетелем за чужой вкус, за рост души неведомого читателя. Он понимал, что книга должна быть не только хорошо написана, она должна быть хорошо составлена.

Книги, сложенные Корнеем Чуковским, - знаем ли мы их? Знаем ли составленные им сборники Блока и Пушкина? Представьте себе, что составленный Чуковским для "Поэтической библиотечки школьника" сборник пушкинской лирики не переиздавался с 1968 года - ни разу!

Сегодня я рад предоставить читателям "РГ" редкую аудиозапись, точнее, ее дословную расшифровку. Это - вольный, что называется, "не для эфира", разговор Чуковского с писателем-документалистом Юрием Мануиловичем Гальпериным (1918-2000), многолетним радиоведущим знаменитых "Литературных вечеров".

В тот день (это было весной 1967 года), завершая работу, мудрый Гальперин не стал торопиться нажимать клавишу "стоп", понимая, что звуковой автограф "неподготовленного", "домашнего" Чуковского - это невероятная ценность, ведь к своим радиосеансам Корней Иванович всегда тщательно готовился. И как бы ни были непосредственны его разговорные интонации, они всегда оставались отражением выверенного текста, лежащего перед ним на столе, рядом с микрофоном.

А разговор пошел как раз о том самом. О вкусе. О "воспитании чувств". О стихах.

- Корней Иванович, а что вы будете делать в день рождения?

В день рождения я хотел бы, конечно, потихонечку удрать. Но у меня назрел такой план. У меня - случайно - собрались девушки и юноши лет семнадцати, и я им сказал: "Давайте читать те стихи, которые мы знаем наизусть". Ведь каждый из нас знает наизусть... Ну, я могу вам "Евгения Онегина" читать наизусть.

Я прочитал им Пушкина - "Стамбул, гяуры нынче славят...", - объяснивши, в чем дело. Потом взял Якова Полонского, сказал: "Вот стихотворение, которое найдено в бумагах у Гоголя. Гоголь переписал это стихотворение, до такой степени оно ему понравилось": "Пришли и стали тени ночи на страже у моих дверей..."

Потом говорю, что у Полонского есть стихотворение, которое обожал Достоевский, и даже привел в одном из своих романов. Читаю им этот кусочек. Затем - строки по поводу Веры Фигнер: "Что мне она! - не жена, не любовница // И не родная мне дочь! Так отчего ж ее доля проклятая // Спать не дает мне всю ночь!.."

Это их феноменально заинтересовало. Они уже приходят ко мне, чтобы я им еще почитал, причем именно из Полонского.

Существует ведь масса любовных стихов, которые лучше этой дребедени, которую приходится и вам передавать [в эфире]...

Но я заметил, что они хуже, чем я, читают свои стихи.

Читая вслух, я делаю какие-то логические ударения, помню о ритме. Очевидно, я - доходчивее по этому самому... по "инструменту".

31 марта 2012 г. - 130 лет со дня рождения Корнея Ивановича Чуковского (31 марта 1882, Санкт-Петербург - 28 октября 1969, Москва). Человеком Ренессанса во времена Деграданса назвал его Е. Евтушенко

Игорь Грабарь. Портрет Корнея Чуковского

Он родился в 1882 году в Петербурге, у Пяти Углов, был крещён Николаем. Затем в метрике следовало имя его матери - "украинской девицы" Екатерины Осиповны Корнейчуковой - и страшное слово: незаконнорожденный. Только своему дневнику Чуковский и доверил беспощадные слова об этом приговоре, вынесенном ему и его сестре Марусе. Он был уверен, что признать себя "незаконным" значит опозорить мать, что быть "байструком" - чудовищно, что пережить этот стыд не удастся никогда. "Раздребежжилась моя "честность с собою" еще в молодости. И отсюда завелась привычка мешать боль, шутовство и ложь - никогда не показывать людям себя..."

Екатерина Осиповна Корнейчукова с детьми Колей и Марусей

Маленький Коля вряд ли помнил, почему любимая мама забрала его с сестрой из Петербурга в Одессу. Скорее всего, состоятельные родители столичного студента Эммануила Левенсона (в семье которого была прислугой мать Чуковского) не захотели принять в дом украинку, которая зарабатывала на жизнь стиркой и стряпней, а молодой человек не посмел их ослушаться. Но если бы много лет спустя старшая дочь писателя, и сама писательница, Лидия Корнеевна Чуковская, не рассказала в своей книге "Памяти детства" трагическую историю, свидетельницей которой она была в раннем детстве, биографы Чуковского могли с легкостью написать: "Своего отца он не знал".

Игра была естественной формой общения Корнея Ивановича и с собственными детьми. Лидия Чуковская точно передает ощущение счастья, которым наполняло общение с отцом ее детство: "В состав воздуха, окружавшего нас, входило и чтение лекций в беседке у Репина, и чтение стихов, и разговоры, и споры, и игра в городки, и другие игры, главным образом литературные, но ни грана умственного безделья". Куоккальское счастье разрушил 1917 год.

Портрет Корнея Чуковского кисти Ильи Репина, 1910 год

Чуковский (сидит слева) в студии Ильи Репина, Куоккала, ноябрь 1910 года. Репин читает сообщение о смерти Толстого. На стене виден неоконченный портрет Чуковского. Фотография Карла Буллы .

Семья Чуковских

К.И. Чуковский с Бобой, Колей и Лидой. Куоккола. (1913)

Е.О. Корнейчукова с внуками Колей и Лидой. (1910-е)

Семья Чуковских в Куоккале. За столом слева направо: Лида, Коля и Боба, жена Мария Борисов на

Жизнь сломалась. В ноябре 1919 года, после мрачного вечера памяти Леонида Андреева в нетопленном зале Тенишевского училища - недавно престижнейшего петербургского лицея, в котором после революции проходили бесконечные лекции и диспуты, - Чуковский записал в дневнике: "Прежней культурной среды уже нет - она погибла, и нужно столетие, чтобы создать ее. Сколько-нибудь сложного не понимают. Я люблю Андреева сквозь иронию, но это уже недоступно. Иронию понимают только тонкие люди, а не комиссары".
Однако он еще многое успеет.

Портрет работы Ю. П. Анненкова, 1921

К 1930 году, за первое послереволюционное десятилетие, будут написаны почти все его главные волшебные сказки - и "Мойдодыр", и "Айболит", и "Телефон". Он выдержит многолетнюю битву за них с тогдашними педологами, утверждавшими, что "Крокодил" -пародия на Некрасова, что "Муха-Цокотуха" прославляет кулаков и мещанский быт и советскому ребенку фантазия - во вред. Уже после смерти Сталина писатель Казакевич так и не смог поверить, что "Тараканище" - не смелая сатира, а своего рода "Ревизор" Гоголя для трёхлетних, что сказка появилась во времена, когда Чуковский не знал о существовании Сталина. Дневники Чуковского, описывающие его бытие в двадцатые-пятидесятые годы, - чудовищная фантасмагория, наполненная бесконечной борьбой за право быть писателем, страшными потерями родных и близких людей, утратой любимой профессии. Не стало Блока, с которым Чуковский работал в издательстве "Всемирная литература" и поддерживал очень теплые отношения. Уже умер в нищете эмиграции Леонид Андреев. В лагерях погибнут знакомый с еще куоккальских времен Мандельштам и сосед по Переделкину Исаак Бабель. Сломана его собственная литературная судьба: "Как критик я принужден молчать... судят не по талантам, а по партбилетам. Сделали меня детским писателем. Но позорные истории с моими детскими книгами - их замалчивание, травля, улюлюкание - запрещения их цензурой - заставили меня сойти и с этой арены...". К 1930 году, нагруженный поденной работой, бесконечной редактурой чужих и своих книг, волоча на себе огромную семью, он уже оставил за спиной разгромленную властями редакцию "Всемирной литературы", где по инициативе Горького возглавлял англо-американский отдел. Оставил загубленные журналы "Русский современник", "Современный Запад", "Дом искусств". Его лучшие книги о Некрасове не выйдут из печати даже в хрущевскую оттепель, поскольку они, как и все, что он писал, восстают против привычных советских мифов.
Будущая Ленинская премия за нелюбимое "Мастерство Некрасова" обрадует его разве тем, что "не каждый чиновник сможет теперь плюнуть мне в лицо". И каким горестным воплем прозвучат его слова 1955 года, после того, как он перелистает одну из своих самых блестящих книг - книгу о, возможно, самом дорогом ему писателе, задохнувшемся эпохой и успевшем осознать, что "огонь революции" был фальшивым. "Я прочитал свою старую книжку о Блоке и с грустью увидел, что вся она обокрадена, ощипана, разграблена нынешними Блоковедами... Когда я писал эту книжку, в ней было ново каждое слово, каждая мысль была моим изобретением. Но т. к. книжку мою запретили, изобретениями моими воспользовались ловкачи, прощелыги - и теперь мой приоритет совершенно забыт... Между тем я умею писать только изобретая, только высказывая мысли, которые никем не высказывались. Остальное совсем не занимает меня. Излагать чужое я не мог бы..."

Чуковский с Александром Блоком

Он пережил и эту эпоху. В мае 1957 года, когда ему - к 75-летию, как положено "писателю с именем", - вместе с Хрущёвым вручали в Кремле орден Ленина, генсек шутливо пожаловался, что устает на работе, а внуки по вечерам заставляют читать "ваших Мойдодыров". Их сфотографировали, но когда в уже антихрущевское время, в семидесятые годы, внучка и наследница писателя Елена Чуковская пришла за фотографией в госархив, изображение опального вождя при ней было отстрижено ножницами. Остался только указующий перст и кусочек носа.

Новое время, названное "оттепелью", окрылило Корнея Ивановича, но не надолго. Он стал свидетелем публичной казни Пастернака, не спал ночей, придумывая, как спасти товарища по цеху и судьбе. Ничего не получилось. После визита к соседу по Переделкину с поздравлениями по случаю Нобелевской премии Чуковского заставили писать унизительное объяснение, как это он осмелился поздравлять "преступника". Между прочим, стихи Пастернака еще в двадцатые годы Чуковский назвал гордостью отечественной поэзии, а в старости шутливо мечтал о профессии экскурсовода "по пастернаковским местам" в Переделкине. Корней Иванович первым в мире написал восхищенный отзыв об "Одном дне Ивана Денисовича", давал приют Солженицыну у себя на даче, гордился дружбой с ним и... казнил себя в дневнике, что в угоду цензуре согласился позднее снять его имя в новом издании своей книги об искусстве художественного перевода. Когда его старший сын, "классический" советский литератор, выступил на печально знаменитом собрании Союза писателей осенью 1958 года, шельмовавшем Пастернака, Корней Чуковский внешне бесстрастно записал следующее: "Б.Л. просил сказать мне, что нисколько не сердится на Николая Корнеевича". Он восхищался гражданским поведением своей дочери Лидии, тревожился за нее, но никогда не забывал, как когда-то присутствовал при обыске в ее квартире. В конце тридцатых он долго хлопотал о расстрелянном зяте, выдающемся физике Матвее Бронштейне, еще не зная, что того нет в живых. Он ничего не простил, но "приоткрылся" по-настоящему лишь в своих дневниковых записях, где были вырваны десятки страниц, а о некоторых годах, вроде 1938, не было сказано ни слова.

Чуковский и Пастернак. 1958 г .

Он успел разувериться во многом, кроме, пожалуй, словесности и детей. В посвящении на его "Крокодиле" стояло: "Своим глубокоуважаемым детям...". В детей он верил. Ради них строил, как безумный, библиотеку (считая это важнейшим делом своих последних лет), в "предстоянии" перед ними старался не потерять себя. Не будучи уверенным, что у его дневников будут читатели, он рассказал и о том, кто был для него самым чистым человеком в жизни, ради которого и ему хотелось быть выше. Но дочь Мария, обожаемая Мурочка, умерла в 1931 году в возрасте одиннадцати лет.

Чуковский с младшей дочерью Мурой. 1925 год

Вслед за Чеховым он - уже очень давно -посвятил себя помощи реальным людям, спасая многих от холода, голода, творческой и физической смерти. После революции он "устроил паек" уже старухе, сестре Некрасова Елизавете Александровне Рюмлинг. В голодные двадцатые постоянно опекал Ахматову. Помогал после смерти Блока членам его семьи. Как и дочери Репина, князю-анархисту Кропоткину, писателю Юрию Тынянову...

В разговоре с посторонними, пусть и симпатичными ему людьми Чуковскому нравилось аранжировать свою судьбу элементами игры. Ими он прикрывался от пошлости жизни, может быть, той самой, о которой, умирая, говорил Борис Пастернак... Так, Корней Иванович не раз рассказывал о своем удивлении, когда в дни оксфордских торжеств, гуляя по Лондону, наткнулся на памятник королю Георгу V, с которым виделся еще в 1916. "Я привык встречаться в Москве с памятниками своим друзьям: Маяковскому, Репину, Горькому, Блоку... Но чтобы -там!..." В Переделкине, где Чуковский жил последние тридцать лет, многим запомнились его бесконечные актерства и остроумные реплики, которыми он не щадил даже собственнных детей. "Я счастливый отец, -сообщал он заговорщицки. - Если к власти придут правые, у меня есть Коля, если левые - Лида".

Николай и Корней Чуковские (1963)

Лидия Чуковская с дочерью Еленой. Переделкино. (1968)

Солженицыну он показывал на своем участке то место, где, в случае чего, можно закопать рукописи: "Я так же прятал свою "Чукоккалу". А своего многолетнего секретаря Клару Лозовскую заставлял, как капризный барин, снимать с себя валенки, приговаривая, что в его доме "крепостное право не отменялось!".

Когда в 1966 году умерла Анна Ахматова, о которой Чуковский писал глубокие статьи-исследования и в двадцатые и в шестидесятые годы, его телеграмма в Союз писателей начиналась словами об изумлении. "Изумительно не то, что она умерла, а то, что она так долго могла жить после всех испытаний - светлая, величавая, гордая..." Чуковский был и первым, благодарным читателем "Записок об Анне Ахматовой" Лидии Чуковской, написанных отчасти под его влиянием. "Ты понимаешь, что должна записывать каждое ее слово?" А четырьмя годами ранее, в 1962, он объяснил в дневнике тот удивительный факт, почему беззащитная женщина, на которую обрушилась государственная машина, вооруженная пушками и орудиями пыток, оказалась несокрушимой. "Мы знаем, так бывает всегда. Слово поэта всегда сильнее всех полицейских насильников. Его не спрячешь, не растопчешь, не убьешь. Это я знаю по себе... В книжке "От двух до пяти" я только изображаю дело так, будто на мои сказки нападали отдельные педологи. Нет, на них ополчилось все государство... Боролись с "чуковщиной" - и были разбиты наголову. Чем? Одеялом, которое убежало, и чудо-деревом, на котором растут башмаки".

Для взрослых и детей старше 9 лет.

В стоимость тура включено: транспортное обслуживание и экскурсионное сопровождение по пути следования, экскурсия в музее, пешеходная экскурсия по окрестностям поселка, костер на территории музея, угощение и вручение памятных подарков.

Увидеть своими глазами тот самый телефон, по которому звонил слон, или кувшин, мелькавший на страницах "Мойдодыра". Заглянуть в уютный и славный мир автора "Тараканища". Всю свою жизнь Корней Иванович Чуковский переживал, что позолоченное брюшко и усатый таракан заслонили своими яркими образами его другие произведения. Однако неизменно писал детские стихи, приглашал к себе в гости детвору со всего поселка, рассказывал им сказки и вел умную, живую беседу, за что был обожаем от мала до велика. Его дом как нельзя лучше рассказывает нам о внутреннем мире автора. Удивительная атмосфера старинного деревянного особнячка, где все осталось ровно в таком состоянии, как и при жизни Корнея Ивановича, затягивает в свой немного пыльный, светлый и бесконечно радостный мир. Мир сказок и стихов, мир любителя калош Тотоши и отважного комарика, победившего паука.

1. 09.00. Отъезд от станции метро "Юго-Западная".

2.10.15. Экскурсия в доме-музее Чуковского.

3. 11.00. Пешеходная экскурсия по окрестностям поселка.

5. 14.30. Прибытие к станции метро "Юго-Западная".

За один день до предполагаемой даты экскурсии в личный кабинет придёт рассылка с информацией о встрече и телефоном координатора группы. Сообщение будет продублировано на электронную почту, указанную при регистрации на сайте.

Лариса Никишина

Юбилей Корнея Чуковского

31 марта 2012 года исполнится 130 лет со дня рождения замечательного детского писателя Корнея Ивановича Чуковского, автора множества сказок, которые мы помним наизусть.

К юбилею надо готовиться заранее. Выставки, занятия, газеты - на все это надо время, и оно у нас есть. До 31 марта еще 30 дней. Ведь мы обязательно поговорим с нашими детьми о творчестве всеми любимого дедушки Корнея .

Биография его описана в различных источниках и им самим в автобиографической повести "Серебряный герб" . В ней значится, что имя Корнея Ивановича Чуковского при рождении - Николай Васильевич Корнейчуков . Его отцом был Эммануил Соломонович Левенсон, в семье которого жила прислугой мать Корнея Чуковского - полтавская крестьянка Екатерина Осиповна Корнейчук . Отец оставил их, и мать переехала в Одессу. Писатель долгие годы страдал от того, что был "незаконнорожденным" . В пятом классе его отчислили из гимназии из-за низкого происхождения.

Что же заставило писателя на этапе определенных жизненных достижений и успехов обратиться к детскому творчеству?

Из биографии : дало толчок предложение от М. Горького в 1917 г. стать руководителем детского отдела издательства "Парус" . Тогда же он стал обращать внимание на речь и обороты маленьких детей и записывать их, изучать детскую психологию. Однажды Чуковскому надо было составить альманах "Жар-птица" . Это была обыкновенная редакторская работа, но именно она явилась причиной рождения детского писателя. Написав к альманаху свои первые детские сказки "Цыпленок" , "Доктор" и "Собачье царство" , Чуковский выступил в совершенно новом свете. Его работы не остались незамеченными. А. М. Горький решил выпустить сборники детских произведений и попросил Чуковского написать поэму для детей к первому сборнику. Чуковский вначале очень переживал, что он не сможет написать, поскольку никогда ранее этого не делал. Но помог случай. Возвращаясь в поезде в Петербург с заболевшим сыном, он под стук колес рассказывал ему сказку про крокодила. Ребенок очень внимательно слушал. Прошло несколько дней, Корней Иванович уже забыл о том эпизоде, а сын запомнил все, сказанное тогда отцом, наизусть. Так родилась сказка "Крокодил" , опубликованная в 1917 году. С тех пор Чуковский стал любимым детским писателем.

Чуковский - отец четырёх детей : Николая, Лидии, Бориса и умершей в детстве Марии (Мурочки, которой посвящены многие его детские стихи.

В основе его произведений лежит беззаветная любовь к детям. Он хорошо знал и понимал их. Писатель сумел сохранить в себе ту детскую непосредственность, которая позволила ему на языке, понятном детям, и в близких им образах рисовать замечательные словесные картинки : родные и запоминающиеся, ведущие в увлекательный большой мир без скучных нравоучений и нудных нотаций. В моей семье эти стихи прошли через четыре поколения и занимают на книжных полках видное место в ожидании следующих.

В чем секрет популярности и "живучести" его детских произведений?

Кто лучше "Мойдодыра" без утомительных нотаций может рассказать детям про важность личной гигиены? Замечательно закрепляет материал урока чистоты "Федорино горе" .

А "Айболит" ? Как часто не хватает нам сегодня образа доброго волшебника в лице доктора.

"Слава, слава Айболиту!

Слава добрым докторам!"

"Телефон" - современно и актуально, даже, благодаря сотовым телефонам, современней и актуальней, чем во времена Чуковского.

"И такая дребедень

Целый день :

Динь-ди-лень,

Динь-ди-лень,

Динь-ди-лень!

То тюлень позвонит, то олень."

Знакомая ситуация, верно?

"Тараканище" - легко и просто помогает справиться с детскими страхами, показывает, как можно на ровном месте создать объект для страха, превратить маленького таракана в огромного великана, рассеять ужас и панику. Решает проблему маленький воробей, который вмиг съел "проблему" . Оказывается все просто и совсем не страшно.

"Краденое солнце" - проблема посерьезней, но тоже решаемая. Главное не сидеть на месте и не скулить, а искать пути решения и действовать. И взрослым не помешает перечитать и вникнуть в суть.

Можно долго говорить о "детском" творчестве писателя. Оно несет в себе вечные понятия добра и справедливости, оно - искренне, правдиво и непосредственно, как само детство.

Давайте ещё раз перечитаем замечательные произведения писателя, возьмем из них все самое лучшее и передадим нашим детям :

"Да здравствует мыло душистое,

И полотенце пушистое..."

Да здравствует великий детский писатель и психолог Корней Иванович Чуковский !

Эсфирь Хорольская

http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-44992/

Я просматривала много материала, оставляю ссылочки, может быть заинтересует :

http://www.odinklik.ru/site.aspx?site=korney_chukovsky

http://www.rp-net.ru/book/vystavki/korney.php

http://chukovskiy.startpad.ru/#

Настоящее имя русского советского писателя, поэта, переводчика и литературоведа Корнея Чуковского - Николай Корнейчуков. Его биография начинается в столице Российской империи Санкт-Петербурге, где будущий литератор родился 31 марта 1882 года.

Псевдоним "Корней Чуковский", как нетрудно догадаться, представляет собой анаграмму фамилии "Корнейчуков". А вот настоящая загадка - истинное отчество писателя. До того, как "Корней Иванович Чуковский" стали его официальными фамилией-именем-отчеством, Николай всякий раз, когда требовалось заполнять документы, отчество указывал другое: то Иванович, то Васильевич, то Евгеньевич. Можно было бы обратиться к свидетельству о рождении - но как раз в нем отчества у Николая Корнейчукова нет! Это по законам дореволюционной России означало, что родители ребенка не были обвенчаны, и младенец родился вне брака. Николай очень комплексовал по поводу обстоятельств своего рождения, о чем свидетельствуют его дневниковые записи: "Когда дети говорили о своих отцах, дедах, бабках, я только краснел, мялся, лгал, путал... Особенно мучительно было мне в 16-17 лет, когда молодых людей начинают называть именем-отчеством. Помню, как клоунски я просил даже при первом знакомстве - уже усатый - зовите меня просто Колей".

Можно уверенно предположить, что именно здесь находятся истоки любви и внимания Чуковского к детям, особенно - к совсем маленьким. Недополучив отцовского внимания в детстве, он от души дарил его малышам. Со своей женой, уроженкой Одессы Марией, Корней Чуковский (тогда он уже носил это имя) произвел на свет четверых детей; звал их "маленькими бобрятами" и стал для них тем самым отцом, которого был сам в детстве лишен.

Впрочем, обо всём по порядку.

Ребенком Чуковский (будем называть его привычной фамилией) жил в Одессе, обучался в здешней гимназии. Мальчик всерьез занимался самообразованием, в частности сам выучил английский язык.

Литературная биография Корнея Чуковского начинается в 1901 г. с первых публикаций в газете "Одесские новости"; в 1903-1904 гг. в качестве корреспондента этой газеты Чуковский жил в Лондоне. Вернувшись оттуда в Россию, Чуковский работал в журнале "Весы", а после организовал сатирический журнал "Сигнал".

По привычке многие думают, что биография Корнея Чуковского - это биография детского поэта, автора "Мухи-Цокотухи", "Телефона" и "Тараканища". На самом деле это, конечно же, не так. В частности - за публикацию материалов антиправительственного характера Корней Чуковский был приговорен к шестимесячному заключению.

К середине первого десятилетия ХХ века Корней Чуковский приобрел известность как литературный критик. В 1912 г. литератор поселился в финском местечке Куоккала, где подружился с И.Репиным, В.Короленко, Л.Андреевым, А.Толстым, В.Маяковским. Из их автографов он создал своеобразный альбом - "Чукоккала". В 1916 г. Чуковский руководит детским отделом издательства "Парус".

Свои знаменитые детские стихотворные сказки Чуковский начинает писать уже в 20-е г.г. ХХ века; из них только "Крокодил" был создан раньше других (в 1916 г.); "Мойдодыр" написан в 1923 г., "Муха-цокотуха" - в 1924 г., "Бармалей" - в 1925 г., "Айболит" - в 1929 г. и т.д..

Что касается биографии Корнея Чуковского - критика, то в эти годы он изучает поэзию Т.Шевченко, литературу 1860-х годов, биографию и творчество А.П.Чехова (в 1967-м г. вышла книга Корнея Чуковского "О Чехове"), работает над наследием Н. Некрасова.

К концу 20-х г.г. ХХ в. работа Корнея Чуковского в области детской литературы привела его к изучению детской речи. В 1928 г. Чуковский выпустил книгу "Маленькие дети", получившую затем название "От двух до пяти".

Параллельно Чуковский работает и как "взрослый" лингвист (позднее, в 1962-м г., он опубликовал книгу о русском языке "Живой как жизнь" (1962).

Как переводчик Чуковский открыл для русского читателя У.Уитмена, Р.Киплинга, О.Уайльда. Переводил М.Твена, Г.Честертона, О.Генри, А.К.Дойла, У.Шекспира, написал для детей пересказы произведений Д.Дефо, Р.Э.Распэ, Дж.Гринвуда. Чуковский также создал серию книг о мастерстве перевода - "Принципы художественного перевода" (1919), "Искусство перевода" (1930, 1936), "Высокое искусство" (1941, 1968).

До конца жизни писатель работал над своими мемуарами. Посмертно опубликованы "Дневники 1901-1969", которые дают возможность составить полноценное представление о биографии Корнея Чуковского.

Материал из архива Bezdepik. Народные поверья, толкования и астрологические прогнозы приводятся как часть культуры и не являются научно доказанными. По вопросам здоровья, права и финансов обращайтесь к специалистам.